Любовь и правила приличия

+ -
0

Реклама:


Л:
- Господи, что я творю. Совсем поехала. Говорила мне Ирка: «Ты не представляешь себе, на что способна сорокалетняя женщина». А я, дурочка, хихикала, вспоминая сплетни о ней. Теперь, вот сама... В Америку! Чтобы никто не мешал! Хотя бы две недели. Сдурела, точно.
 
Вот и группа почти вся. Самый главный. Заводила. Говорит: «Поезжай, Люда, с нами. Там таких бизнес-идей наберешься!»
 
Да-да. У меня их и так столько, что не успеваю отстёгивать ценителям.
 
Если еще американские идеи добавить, так и совсем спать перестану. Из-за внимания ценителей. И любви не захочешь.
 
Ну, уж нет. Ты, дорогой, летишь за бизнес-идеями, а я – простая русская баба – не за, а из-за. Из-за любви. Кто бы мог подумать, что так прихватит?
И где же ты, мой властитель дум? Не видно. Сама дуреха, велела ехать порознь, и поначалу хотя бы скрывать наши отношения.
В, группе, слава богу, пока, никто не знает. А потом, наверное, не смогу удержаться и уйду от мужа. Там – пусть сплетничают. Ирке на потеху.
Господи, муж мне за все наши годы слова грубого не сказал. Что я делаю! Ведь мучиться буду. Господи, помоги.
А вот и он, мой милый. Как я сказала, так и делает. Здравствуйте. Мы едва знакомы. А то как же. Даже дрожит все внутри. В Америку. Никто не мешает. Прятаться и три часа урывать тайком не нужно.
Не буду загадывать.
 
***
Н:
- А! Вот она! Ух, хороша. И характер – самообладание как у Штирлица. Смотри, сама любезность ровно со всеми, и меня, как второй раз в жизни видит. Уведу ее, зачем такой человек пропадает без должной ласки и понимания. На то и Америка, чтобы никто не мешал, не сбивал с пути ко мне.
Здравствуйте!
 
***
Я:
- Все люди, как нормальные советские люди, натянули белые рубашки, упаковались в костюмы и галстуки, господь храни их во время девяти часов полета! Зато все одинаковые, а мне – в джинсах и в кроссовках и в рубашке навыпуск – всё внимание придурка таможенного. Деревня! Он бы еще моральный кодекс строителя коммунизма потребовал.
Завел в комнатку для досмотра и искал монеты драгоценные и иконы старинные. Сумасшедший! Расстались друзьями.
 
Вот чего мне жаль, так это ИЛ-62. На разных боингах и эйрбасах случалось летать, а такого комфорта, как на Ил-62 не испытывал. Тихо, не шелохнет не прогремит. Сзади – много пустых мест. Если сесть в последний ряд, отбросить вперед спинки сидений перед собой, то можно положить туда ноги и лечь удобно, попросив стюардессу принести плед. И спать до самого Дублина.
 
В Дублине все, что нам доступно –  это сквозь стеклянные стены аэровокзала в нейтральной зоне полюбоваться зелеными холмами Ирландии. Купить ложечку с трилистником зеленым, и отвезти ее домой через Америку. Таким причудливым маршрутом.
А дальше – кажется 6 часов скуки и дрёмы.
 
***
Чикагский аэропорт. Огромный, белый внутри.
 
И, в отличие от деревенщины в Борисполе, негр – таможенник лениво машет рукой в направлении к выходу: “Released” – свободен! А ведь я всё такой же, в джинсах и в мятой уже рубашке навыпуск.
 
Нас встречает «американец» - бывший наш соотечественник и коллега. Серьезный специалист, с международным признанием, с серьезной работой в штатах. Но три- четыре тысячи долларов за две недели работы с группой – действенный аргумент.
 
В США к каждому доллару уважение почтительное, не жлобское, но почтительное.
 
Микроавтобус Додж, удобно прохладно.
Поехали!
Чикаго. Белоснежные небоскребы, отдых в отеле, и – едем дальше.
 
***
Л:
Гм, отель не самый–самый, но чистый, своеобразный. Белые небоскребы Чикаго меня приятно поразили.
А отель? Словно из тридцатых – сороковых вынырнул. Но ключ электронный, современный. Я – в 210 номере, Коля? – в 301. Недалеко. Телефоны, уверена, работают. Решим.
 
Что он там рассказывает?  Нет, это же надо! Вот к чему приводит скрытность!
 
Оказывается в ханжеской, но умеющей зарабатывать Америке, чтобы снять с себя обвинения в поощрении разврата, владельцы отелей  все предусмотрели.
Если вы не муж и жена то вы снимаете номера рядом. (А как они проверяют? Верят на слово).
Между номерами в стене две двери, образуют тамбур. И свою ручку, со своей стороны, каждый из обитателей может заблокировать, или открыть.
Если это парочка, то открывают обе двери. И что там происходит – вне ответственности отеля. У них все добровольно, а отель – не в курсе. Два счета на оплату лучше, чем один.
А если нет согласия, то одна из сторон ручку блокирует.
Гениально!
Только раньше надо было рассказывать. Ничего, Николай парень крепкий и два лестничных пролета на мой этаж не помеха.
Нам с Николаем урок, используем новые бизнес-идеи в следующем отеле. Остальным  - сухая теория.
Попутчики спокойно смотрят на нашу явную тягу друг к другу. Сразу видно серьезных опытных людей. Не сброд в обычной тургруппе.
 
***
Я:
Меня поселили между номерами Людмилы и Константина.
Справа – друг, слева – добрая знакомая. Двери свои, я соответственно, заблокировал. Нет у меня потребности в обществе друзей и знакомых.
Душ, телевизор. Семьдесят пять программ! Бегло пощелкал и спать.
 
Ночью обнаружил, что наша сладкая парочка очень, ну очень гармонична. Такие стоны, обзавидуешься.
Двух дверей мало. Звукоизоляция не справляется.
Наверное, американцам не свойственны акустические проявления эмоций.
 
Утром, наш самый главный, делал нам квадратные глаза и шепотом говорил, что «они спят вместе». Ужас, ужас!
Как он узнал? Бог ведает, но его это шокировало, традиционалиста нашего. Такие серьезные люди, оказывается, тоже совершают безумства. Если это безумства.
 
Вроде, он сам святой? Ха!
 
***
Л:
Господи. Не могу я от Коли отказаться. В жизни такого не было.  И характер мужской, и все умеет. Надоело самой за всех всё решать. Надоело быть мужиком.
Хочу быть женщиной!
 
***
Н:
Чудо, а не женщина. Просто чудо. Ни за что не отпущу. И женщина, и хозяйка и умница. Дуры надоели!
 
***
Я:
По дороге к следующему городу Николай – гренадер и уже не тайная страсть Людмилы - говорит «американцу» интеллектуалу: «Вам тяжело, а я вожу профессионально. Права есть, уже по международному стандарту. Давайте, я поведу! В четыре руки и с моей квалификацией быстрее будет. И меньше устанем. Нарушать ни за что не буду»
Америка – страна свободная  - передал руль человеку с правами – твои проблемы, закон не нарушен.
 
«Американец» проводит короткий инструктаж, с акцентом на поведение, если полиция все же остановит.
 
Был тут случай с нашим соотечественником. Его остановили, а он в порыве советской лояльности к власти, схватил документы и пошел к полицейскому.
 
Бедняга офисер даже взмок! По правилам предупредительный выстрел нужно дать, вдруг это не придурок очевидный, а крутой бандит прикидывается идиотом. Сдержался офисер, не выстрелил. Но сильно серчал и долго морали читал. И в компьютере неизвестно что отметил.
 
Поэтому, Николай, запомни: если тебя остановили, сиди на месте, руки на руль, и жди. Если что, я переведу.
 
***
Если не геморрой, то ангина!
 
Темно уже. Голодные все.
 
Я так думаю, потому, что мне есть очень хочется. А мы всё едем и едем по трассе.
 
И тут наш штурман «американец»  хватается за голову. Проскочили съезд с трассы.  Следующий съезд километров через 70, а может и через сто.
Проскочили немного. С километр. Не будем уточнять в местных мерах расстояний.
Факт на лицо! Жрать охота, и спать. Некоторым, может быть, просто в постель попасть. Но не с пустым желудком!
Николай – свой парень. Врубает заднюю, и задом гонит машину к пропущенному съезду.
 
Вопль штурмана «американца» останавливает нас:
- Вы с ума сошли! Стойте! Выключите заднюю передачу! Здесь за это 6 месяцев тюрьмы получить можно!
И что вы думаете? Наши люди настойчивые. Вышли из Доджа, осмотрелись. В кустах полицейских нет. И кустов нет. Не видно ни того, ни другого. Значит, перекрестясь, не будем терять еще час или два. Задним ходом, полный назад!
Обошлось.
 
Все счастливо ужинают в пиццерии в отеле. Счастье было так близко, и мы его не упустили. Никому не расскажем, как.
 
***
Я: Утро.
Завтрак включен. В ресторане отеля на граунд фло. Бэкон по-американски очень тонкий длинный , шириной сантиметров 5.
На раздаче - домашнего вида строгая и дружелюбная одновременно дама щедро раздает компоненты английского завтрака. Континентального не хотим.
 
Н:
Слушай, кофе в штатах не очень. Или места такие выбираем. Помню в Лаосе исключительный, угольно черный. Лаосцы его с маслом, кажется поджаривают. Но вкус – обалденный.
Л:
Нет здесь лаосского, пей американский. Твой тонус нам полезен. И успокойся, опять за свое. Я тебе говорила. Муж у меня уже есть.
 
Господи, как сделать так, чтобы жить с этим, а того не обидеть?
 
***
Я:
 
И тут пришло время нашего бенефиса. Апофеоз!
 
В зал, гордо сияя новехоньким спортивным костюмом типа Адидас спустился наш Самый Главный организатор и инициатор поездки.
 
Строго одетая к завтраку публика уткнулась носом в тарелки. Наверное, чтобы не портить чувством зависти приятное впечатление от завтрака.
 
Первый и последний раз в жизни я увидел человеческую реакцию персонала отеля. Строгая, по-домашнему уютная дама стала поднимать брови, смотреть на меня и кивать в сторону нашего босса, выражая смешанные чувства: возмущение и удивление плюс насмешка.
 
Нехорошо, но все что я мог, это пожать плечами и развести руками. Не слишком широко, чтобы не слишком заметно.
 
Даже крутые пацаны не всегда подают пример бонтона. Те же люди, но с деньгами и властью.
Чего и вам желаю, но без моветона.

Реклама:

Добавить комментарий

Автору будет очень приятно узнать реакцию посетителей на свой пост.

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Нажимая на кнопку «Отправить комментарий», я даю согласие на обработку персональных данных.

Комментариев 0